Какая ёлка будет твоей?

Вера аккуратно разобрала ёлку: сняла мишуру, дождик, игрушки, выкрутила пластиковую подставку, отсоединила от мохнатого зеленого ствола веточки. Некоторое время она рассматривала бумажную снежинку, вырезанную Георгием из листка офисной бумаги на прошлый Новый год. Хороший был праздник! Первый раз за несколько лет им удалось собрать вместе сразу четыре семьи. Из Самары приехали родители, привезли невестку и внука, Николай привез маму и ее любимого кота Евгения Павловича.

Свекровь всегда говорила, что они с котом семья, поэтому Вера сосчитала их как отдельную ячейку общества – получилось четыре семьи.

Хаски Луизы тогда еще не было и в проекте. Хотя, какие проекты с этими ездовыми собаками, которые рушат твои планы, крепко подставляют, подкладывают свинью, кидают подлянку, вредят, пакостят, обманывают, хитрят, подводят и делают еще много чего, чтобы испортилась твоя жизнь, расшаталась нервная система, а финансы потерпели убытки.

Упаковав главный символ Новогоднего праздника, Вера села в любимое кресло своего мужа и задумалась. Усилием мысли она остановила бег своих мыслей и представила, что кресло находится не в их московской квартире, а на берегу океана.

Днем ранее Николай без причины ныл и суетился, разбил пару тарелок из сервиза, поранил палец, чуть не перевернул кастрюлю с макаронами, наступил на лапу хаски, ударился головой о дверь, которую сам же и открывал. Все эти бесполезные действия Николай произвел менее чем за четверть часа.

Вера настолько удивилась странностям в поведении мужа, что попросила его присесть в кресло и принесла градусник. Температура была нормальной, а вот внешний вид удручал. Любимый муж постоянно тер лоб, поправлял очки, чесал подбородок, включал и выключал экран смартфона.

Странности начались тогда, когда Вера попросила принести из кладовки новогоднюю ёлку и помочь украсить.

Любой праздник, самый маленький и огромнейший и важнейший, начинается с приготовления. В раннем детстве Вера очень любила 1 мая и все эти огромные цветы из гофрированной бумаги. Новогодний праздник ей нравился исключительно из-за ёлки. В их семье была неплохая коллекция ёлочных украшений, некоторых из которых достались по наследству от прабабки.

В этом году праздник не состоится – Вера чувствовала это, но боялась признаться себе.

Георгий заранее предупредил, что будет отмечать Новый год в Нижнем Новгороде, оставил родителям хаски Луизу и укатил со своей девушкой. Николай проворчал тогда, что сын слишком самостоятельный в свои шестнадцать лет. Вера отговаривать не стала, дала денег на гостиницу и билеты, выслушала, чем кормить Луизу и шутливо погрозила сыну пальце, мол, не сделай меня бабушкой раньше, чем закончишь институт.

Сын пожал плечами – с Дашей он встречался уже почти год, летом переехал к ней, забрал документы из своей школы и перевелся в ту, что поближе к дому. Скандал был огромный! Вера встала на сторону сына, Николай отстаивал свое мнение. Неделю они не разговаривали, потом как-то незаметно помирились и даже нашли несколько положительных моментов в том, что сын внезапно съехал.

Это что же получается…

Хлопнула входная дверь – с работы пришел Николай.

- Скажи, почему вы не празднуете Новый год? – неожиданно сурово задала свой вопрос Вера.

Николай смутился, начал снимать пальто, запутался в рукаве, отвернулся к стенке.

- Коля, ответь, пожалуйста! – мягко попросила Вера.

Из кухни пришла хаски Луиза, встала рядом с новой хозяйкой, испытующе посмотрела на Николая. Почувствовав сверлящий взгляд собаки, он обернулся. Голодный и сильно расстроенный из-за кода, который он писал, Николай шел домой с единственной целью – плотно поужинать.

В детстве они никогда не наряжали ёлку раньше четвертого января. Уговоры, истерики и слёзы никакого эффекта не имели. Родители были тверды как пол на коммунальной кухне: наступит четвертое января – поставим ёлку. В ночь с 31 на 1 маленький Коля лежал в своей постели с открытыми глазами и злился на мать. Злиться на отца было бесполезно – он обычно говорил, что надо слушаться маму и что раз она сказала четвертого, так тому и быть.

Всё это объяснять жене Николай совершено не хотел, но под пристальным взглядом двух барышень сдался:

- Мама говорила, что нужно ждать, - он помедлили, собираясь с мыслями. – Терпение не дается от рождения, терпению нужно учиться.

- Типа, поспешишь – людей насмешишь? – не поняла Вера.

- Да! – кивнул Николай. – То есть нет!

- Она тренировала твою волю, - подсказала Вера.

- Да! - облегченно выдохнул Николай. – Точно!

- Получается, что ёлку мы наряжали только для Георгия?

- Да! – снова выдохнул Николай.

В голове у Веры тут же всё встало на свои места. Накормив мужа, она вышла погулять с собакой, а заодно кое-что поискать в интернете.

Вечером следующего дня вежливый и аккуратный курьер доставил две картонные коробки – одну большую с новогодней ёлкой и одну поменьше с ёлочными игрушками.

Вера как раз вешала последний шар, когда с работы пришел муж. Угольно-чёрная ёлка, украшенная чёрными и золотистыми ёлочными игрушками, произвела сильное впечатление.

- Празднуем? – осторожно спросила Вера.

- Празднуем!! - уверенно ответил Николай. У него точно камень свалился с души – чёрная ёлка была отличным решением! Так он мог спокойно отметить Новогодний праздник и не обидеть матушку.

#Маша_пишет #орки_бездны #Всадники_на_драконах #Всадники_Смауга #НГ

Психиатр, олени, хаски, караоке и Арлекин

- Ерунда! Такого быть не может! – пробормотал сквозь сон Борис Савельев и пошарил рукой в поисках одеяла. Сон наложился на реальность, реальность – на сон. Проваливаясь в забытье, он подумал, что надо бы закрыть форточку, очень уж было холодно.

Всю ночь ему снились олени. Они тыкались в него теплыми носами и требовали еды.

- У меня нет ничего, - растерянно говорил Борис и разводил руками. Он жалел голодных оленей, гладил их ветвистые рога, хлопал по крупу.

В детстве он прочитал всего Пришвина и начал мечтать, как поселится в лесной избушке, будет изучать фауну и писать книги. Когда он окончательно достал своих родителей требованием отвезти его в тайгу или на Крайний север, те сдались и пообещали выполнить его просьбу. Вместо этого он попал на прием к детскому психиатру. Человек в белом халате задавал вопросы о книгах, которые он читает, о содержании снов и любимой еде. Боренька отвечал на вопросы, широко раскрыв горящие глаза. Родители сказали ему, что это такое специальное собеседование, которое проходят все полярники и что ему тоже надо его пройти. Примерно минут через двадцать тотального допроса, когда врач выяснил почти все о содержании внутреннего мира Бори, юный зоолог и писатель-любитель прямо спросил, когда его отвезут в тайгу.

Не ведая о заговоре родителей, психиатр честно ответил, что в таком возрасте ни о какой тайге речь идти не может, сначала надо подрасти, окончить школу, потом институт, а пока нужно хорошо кушать и принимать вот эти таблеточки.

От обиды Боря разрыдался прямо в кабинете, плакал долго и горько, стонал и тер кулаком щеки. Врач внимательно посмотрел на Борю, порвал рецепт, вызвал родителей и сообщил им, что с их сыном все в порядке, его просто нужно записать в кружок юннатов. Где его найти – уже их проблема, не врача, а если они еще раз придут, то он их самих отправит на лечение!

Конечно, всего это Борис Савельев не помнил. Он вообще очень плохо помнил свое насыщенное всякими кружками и занятиями с репетиторами детстве. Вот уже лет десять как он стал Борисом Аркадьевичем, уважаемым специалистом в области защиты данных, преподавателем Бауманки и частным консультантом. Мечта стать вторым Пришвиным осталась мечтой.

Борис огляделся и понял, что стоит на странной круглой поляне, истоптанной копытами оленей. Сам он был в своей любимой шелковой синей пижаме со звездами, которую ему подарила мама на прошлый Новый год. Босые ноги начали основательно мерзнуть. На пару секунд он проснулся, пошарил рукой в поисках одеяла и снова уснул. Укрыть его было некому. Родители жили отдельно, жена уехала в свой родной Палех и пропала с радаров.

Во сне вокруг Бориса был настоящий лес, зимние ёлки припорошены настоящим белым зимним снегом. Такой белизны не найдешь в Москве и днем с огнем! Весь тот снег, что падал на родную Столицу, тот час же превращался в серо-коричневое месиво, назвать которое снегом язык не поворачивался.

Много лет эволюции сделали из лохматого сгорбленного существа то, что мы сейчас встречаем буквально на каждом шагу. Особенно много таких в городах-миллионниках. Они носят шапки и пуховики зимой, сланцы с носками летом, пьют теплое пиво, ходят в театры и кино, воспитывают потомство и предпочитают приготовленную пищу. Имя им «человек разумный», хотя этот термин не всегда уместен, особенно в отношении тех, кто пишет на родном языке с огромным количеством грамматических ошибок.

Эволюция изменила неандертальца, сделав его более уязвимым и физическом плане и менее приспособленным к выживанию в дикой природе. Чуть увеличив интеллектуальные способности, эволюция лишила его многих ценных качеств, например, острого слуха. С другой сторон, зачем острый слух жителю многоэтажки? Лучше слышать, как ссорится семейная пара на шестом этаже? Или как бормочет школьник строки Пушкина, разучивая отрывок из «Евгения Онегина»?

Тем не менее, некоторые интересные способности остались у наших современников.

Вот ты стоишь или сидишь и спиной чувствуешь чей-то недобрый взгляд. Обычно на ум приходит слово «сглазили», что означает примерно то же, что и «навели порчу». На самом деле, способность «чувствовать», что на тебя смотрят, - это сложная работа по взаимодействию нашего мозга и зрительных центров, да еще особенности нашего вида.

Занятый оленями, озябший, но совершенно счастливый, Борис Савельев в какой-то момент почувствовал на себе тяжелый неприятный взгляд. Медленно обернувшись, он увидел странного персонажа, совершенно выбивавшегося из сценария его, именно ЕГО, Бориса Аркадьевича Савельева, снежной сказки!

Персонаж стоял на краю поляны и слегка улыбался. Дурацкий костюм с ромбиками напоминал платье Арлекина, если бы не оторванные до самых плеч рукава. Белое жабо было забрызгано чем-то красным, возможно, даже вишневым соком или малиновым вареньем, хотя вряд ли. Немигающий взгляд красных глаз был устремлен на Бориса.

С одной из раскидистых ёлок на лысую как колено башку посыпался снег, но и тогда Арлекин не отвел взгляда, не отряхнулся. В одной руке он держал обычный топор, каким колют дрова, другой – отводил в сторону еловую ветку.

- Вжух! – сказал лысый Арлекин, повернул топор обухом к себе и провел по шее.

Моментально согревшись, Борис Аркадьевич почувствовал себя оленем, на которого началась охота.

Внутренний голос подсказал, что нужно бежать и Борис побежал, заплетаясь в своих ватных ногах. Чем дальше он бежал, тем сильнее проваливался в снег. Сердце бешено колотилось и готово было выскочить из груди и побежать впереди полуживого Бориса. Когда уровень снега достиг подбородка, Борис Савельев нырнул и поплыл.

Давно он не плавал, почти что два года. Но тело-то помнило! Большими бросками Борис Савельев плыл сквозь белую снежную массу. Он мог бы поставить мировой рекорд по заплывам в снегу, но тут кто схватил его за лодыжку.

- Вжух! – услышал Борис Аркадьевич, дернулся из последних сил и проснулся в своей кровати.

Сердце продолжало бешено колотиться, когда он набрал номер своего лучшего друга.

- Боря, - прошептал в трубку Николай, - шесть утра.

- Ничего! – невпопад ответил Борис. – Ты в прорубь нырять едешь?

- Да, - прохрипел заспанный Николай.

- Я с тобой! – радостно крикнул в трубку Борис и отключился.

***
- Ах ты ж зараза! – удивленно произнес Николай, проходя мимо спящей хиски Луизы и следуя по известному утреннему маршруту «спальня – коридор – туалет – кухня - спальня». Утро начинается не с кофе! Утро 18 января началось для Николая Евгеньевича с неприятности: хаски Луиза сожрала любимые осенние ботинки и нассала в коридоре.

***
- Ерунда! - прошептала Вера. – Они не настоящие!

Она долго кружила по лесу, кричала «Люся», орала до хрипоты, звала собаку, останавливалась, вслушивалась в скрип замороженных деревьев и тихо ругалась. Около полутора десятков разных ругательных прозвищ придумала она для хаски Луизы, самым безобидным среди которых было «дура шерстяная».

Конечно, такой подставы она никак не ожидала от своей собаки! А что она теперь скажет сыну? Георгий доверил ей собаку и попросил присмотреть, а она подвела своего единственного ребенка!

«Отношения нужно строить на доверии!» - всегда говорил ее отец и всегда оказывался прав.

Еще он иногда замечал, что доверие нужно заслужить. Звучала фраза довольно жестко и качалась в основном чужих людей, тех, кто не был родственником.

***
«Ерунда! - подумал Пётр Николаевич. – Меня начнут искать!»

Его план по разъединению жены и веселых подружек треснул, как тонкий январский ледок. Сначала все шло по плану: он забрал жену и еще каких-то людей из Павшино, отвез в ресторан «Берендей», подозвал официанта и, сунув ему в руку несколько хрустких бумажек, наконец-то по-настоящему расслабился. Первая часть операции под кодовым названием «Доставь жену после Крещенских купаний домой и не вляпайся в историю» была завершена. Конечно, в «Берендей» был оснащен камерами, но хозяина он знал в лицо, поэтому скандала быть не должно.

И даже если Марина полезет на стол в одном чулке на голое тело, ей никто не будет мешать, а пикантная запить маленького шоу будет стёрта или нечаянно потеряна.

Планы планами, но некоторые силы, кажем так, внеземные силы, имеют дурацкую привычку вмешиваться в размеренную человеческую жизнь и путать события, обстоятельства, влиять на некоторых слабовольных людей, разрушать привычные цепочки бытия.

На завтра были назначены предварительные слушания по делу о краже электрической энергии некими товарищами, которые решили намайнить себе немного биткоинов на безбедную старость.

Шансов выиграть суд не было, но и что же? Своё веское слово в защиту недоразвитых в правовом плане граждан он скажет. За годы работы адвокатом Пётр Николаевич Зосимов научился говорить хорошие правильные вещи, которые трогали за сердце. Иногда присутствующие с трудом могли сдержать слезу, их лица бледнели,

Результат рассмотрения дела судом не всегда соответствовал эмоциональному отклику слушателей, зато он с чистой совестью мог брать гонорары, ведь сделал-то он все, что мог, даже замечательную речь произнес. А что до решения или приговора суда, то можно подать апелляцию, конечно, надо еще заплатить, а как иначе? Работа хорошего адвоката стоит денег! Его, Петра Николаевича гонорар никак не зависел от исхода судебного процесса. Пусть хоть смертная казнь или пожизненное – все равно!

К сожалению, такие дела к нему не попадали. Их сразу перехватывали более расторопные коллеги по адвокатскому цеху. Да и не так часто в столице Отечества случались холодящие душу преступления, тянущие на высшую меру наказания.

Два проигранных дела с начала года навевали тоску. Пётр Николаевич пару раз прочитал материалы дела – один раз в прошлом и один в этом, проконсультировался со своими знакомыми правоведами, погуглил новые слова, узнал много нового, но так и не придумал, как можно выиграть судебный процесс.

«Значит, будет третье проигранное дело», - вздохнул он и погасил экран смартфона. Листать паблик с мемасиками расхотелось – домокловым мечом висела над головой Петра Николаевича Марина. Не в буквальном смысле. В тот момент любимая жена висела на пилоне, очередная подружка выводила в микрофон «нас не догонят», плохо попадая в текст даже с телесуфлером. Еще две «рыбы -прилипалы», как называл из Пётр Николаевич, тянули шампанское и похихикивали.

Еще две хрустящие бумажки ушли в карман охранника, который аккуратно снял Марина с пилона и помог загрузить в машину. За прилипалами подъехало такси.

До дома ехали в полном молчании. Марина рассеянно водила пальцем по стеклу, привалившись к двери автомобиля. Перед тем, как тронуться, Петр Николаевич заботливо пристегнул супругу и нажал кнопку блокировки дверей.

Последний отрезок пути до поселка «Русская деревня» пролегал по нетронутому топором дровосека Истринскому лесу - четыре километра божественной зимней сказки. Дорога петляла, резкие повороты напоминали трассу формулы-1 в Бремгартене.

Пётр Николаевич не торопился. Ночь перевалила за полночь, свою миссию на сегодня он выполнил, осталось совсем немного – перенести Марина из машины в дом, положить на кровать и пожелать приятных снов. Утром она проснется с гудящей головой, будет ходить весь день злая и хмурая, требовать кофе и аспирину, но его к этому времени уже не будет.

Открытия ворот пришлось ждать целую минуту. Пётр Николаевич мысленно выругал всех членов правления поселка в отдельности и председателя лично. Он пожелал им очередей подлиннее, пива потеплее и жен пожирнее. Все они были жителями поселка и делали вид, что заботятся о жителях, а сами грызлись и плели интриги. Единственным адекватным мужиком во всей деревне был управляющий – наёмный сотрудник, который получал заработную плату и, казалось, жил на работе, потому что его можно было застать на рабочем месте почти в любое время суток.

Полковник Российской армии в отставке, Роман Леонидович Безрыбьев был безжалостен к лжецам, лентяям и негодяям, мог спокойно послать известным маршрутом любого жителя посёлка, включая генерала ФСБ и при этом не чувствовать угрызений совести. Говорили, что генералы потом сами приходили мириться, потому что совесть у них все-таки есть хоть и немного, для личного пользования. Сам Пётр Николаевич искренне уважал Безрыбьева и немного побаивался, старался не злить и по фигне не беспокоить.

Служить в армии адвокату Зосимову не довелось – один за другим случились дети. Однако представить, что такое железная дисциплина и армейский порядок он мог очень легко.

Когда ворота открылись и машина въехала на территорию «Русской деревни», Пётр Николаевич отметил чистоту дороги, убранной от снега, отсутствие противных снеговых куч, что всегда мешали развернуться и выглядели грязно и не опрятно, полное освещение посёлка – все фонари горели исправно, никаких темных углов и страшных теней.

Загнав машину на территорию участка, Пётр Николаевич выгрузил жену, отпер дверь, нашарил выключатель и очень сильно удивился.

- Какого?.. – начал Пётр Николаевич и запнулся.

Жена, тут же пришедшая в себя, заорала во все горло, чем сильно оглушила адвоката Зосимова. Оттолкнув мужа, она быстро скинула полушубок и присоединилась к развеселой компании, спрятавшейся в их доме. В потолок ударили пробки, зазвенели наполняемые шампанским бокалы. Среди толпы мелькнули те самые рыбы-прилипалы, которые должны были уехать домой на такси.

Пётр Николаевич пару минул смотрел на всю эта вакханалию, затем махнул рукой, снял пальто и пошел наверх.

***

#Орки_бездны #следуй_за_штормом #Маша_пишет #всадники_на_драконах #всадники_Смауга #НГ #ироническое_фэнтези

Волк, рога, фиалки и керосиновая лампа
Полночь с 18 на 19 января

***
- Ах ты ж зараза! – выругалась Вера и очень выразительно посмотрела на ошейник хаски Дорис, повисший на поводке.

Снежная зимняя Подмосковная погода зачаровала. В Москве совсем не тот снег, он коричневый и колкий из-за калийной соли. И воздух совсем не тот. Когда дышишь в Москве, ощущаешь все оттенки кольцевой автомагистрали. Дедовский воздух хочется вдохнуть, задержать в легких и вдохнуть еще раз. Им не надышишься и он – самое главное – не пахнет!

Отзвонившись мужу, Вара прошла еще ровно сто метров и остановилась на краю леса. Выбирая для матери квартиру в Дедовске, Николай ни разу не прогадал! Сразу за девятиэтажными башнями близнецами был настоящий хвойный лес.

Огромные ели, припорошенные чистейшим белым снегом, приглашали побыть под ними, вдохнуть морозную свежесть, обнять ствол и простоять так до первых петухов или пока ноги не окоченеют.

Место называлось Трёхгорка. Название никак не раскрывала истинной красоты места и служила больше ориентиром для местных, чем каким-то ярким топонимом, раскрывающим географию местности.

О существовании настоящего хвойного леса Вера даже не подозревала. Во-первых, они с мужем всегда приезжали на машине, во-вторых, с другой стороны, а в-третьих, сразу ехали на парковку возле дома. Окна шикарной пятикомнатной квартиры Колиной мамы выходили на улицу Красного Октября и во двор.

Хаски Люся втянула носом свежий воздух, сразу заметно повеселела и резво потащила новую хозяйку в лесную темноту. Вера не сопротивлялась. Ей тоже хотелось узнать, что же там, вот за этими типовыми домами из красного кирпича.

Взрослым людям тоже нужна сказка, лучше – волшебная. За неимением волшебной подойдет неожиданное открытие, вроде того, что совершила Вера для себя самой. Вера открыла существование красивого елового леса и пошла смотреть, а так ли он хорош вблизи.

Большая часть приключений начинается с любопытства и не важно, куда оно приедет. Скука – вот что страшно. Скучая, человеческое существо теряет частичку себя.

«Как банально!» - скажет мой любимый читатель и поморщится.

Да, есть немного банальщины и философии бытия. Зато какая логическая вставка в повествовании могла быть! Вот Вера идет по зимнему лесу с широко распахнутыми глазами. Позади остаётся маленький подмосковный город – бывшее имение помещика Гучкова. С неба сыпет и сыпет снег, скрывая, отгораживая, пряча наш бренный мир. Природа будто говорит: «Физический мир вроде бы есть, но на самом деле его нет, потому что снег скрывает от тебя его существование. А теперь иди и проверь, что там за той белой стеной из замороженной воды!»

С чего начинается человеческая жизнь? Нет, не с первого крика. С любопытства. Каждому ребенку интересно посмотреть, что там, потрогать, понюхать, укусить, испробовать все, что что ему попадается, на прочность, в том числе нервную систему родителей.

А заканчивается настоящая жизнь пропажей любопытства. Когда горят глаза, когда есть интерес к жизни, когда любопытство толкает на приключения, на свершения, на покорение новых вершин, тогда жизнь можно считать полноценной. Без всего этого жизнь нельзя считать жизнью – только существованием.

В каком-то смысле хаски Луиза была немного Верой. Она также была вынуждена исполнять определенные обязанности, вести себя прилично, хорошо кушать и соблюдать график сна и отдыха.

В каком-то смысле Вера была немного хаски Луизой. Она вставала по будильнику, ехала на работу, прилежно работала, обедала строго по расписанию, исполняла обязанности по ведению договорной работы на предприятии и работе с претензиями, возвращалась домой, готовила еду себе и мужу, ложилась спать. В ее жизни было катастрофически мало приключений.

То же самое можно сказать о хаски Луизе. Короткая утренняя прогулка, завтрак, ленивое ожидание вечера под столом у хозяина, долгая прогулка по вечерней Москве, ужин, сон. Всё!

В какой-то момент обе сильно заскучали по чему-то неведомому, такому, чего не было в их жизни. Одна появилась в жизни другой и переменила некоторые привычные вещи, например, распорядок дня.

Восторг от встречи с незнакомкой высвободил некоторое количество позитивной энергии. Обе вначале отнеслись друг к другу настороженно, но потом поняли, что могут отлично ладить и испытали приятные эмоции.

У Веры теперь появился повод лишний раз выйти из дома, хаски Луиза получала каждый день столько внимания, сколько у нее не было за всю собачью жизнь!

Когда в жизни происходит что-то необычное, оно включает цепочку последовательных событий. Некоторые называют это «эффектом бабочки». На самом деле все намного проще и сложнее одновременно.

«Надо проверить, сколько там этого леса, - решила Вера. – А то вдруг окажется, что это всего только лесополоса! Мы только туда и сразу обратно!»

За прошедший месяц Вера научилась доверять собаке. Хаски Луиза была осторожным зверем, под колёса машин не прыгала, к нетрезвым гражданам не подходила. Она поддержала стремление разведать местность.

Хаски Луиза настолько ошалела от воздуха без примесей отработанного бензина, дешевого парфюма, табака и гари, что ринулась в лесную чащу, невзирая на темноту январской ночи, летящий снег и легкий морозец. Впрочем, последние два пункта только прибавили бодрости и сил.

Хаски немного похожи на лошадей. Многие любители этих собак считают, что хаски – это лошади в собачьем обличье.

То ли снег ударил в голову, то ли шишка, выброшенная наглой рыжей Дедовской белкой, но одуревшая хаски Луиза в какой-то момент почувствовала себя свободным волком. Дорогой кожаный ошейник сдавливал горло и сильно мешал.

Резко остановившись, Луиза попятилась назад, сильно натянула поводок, крутанула ушастой башкой, втянула шею и высвободилась.

Мысленно поздравив себя с победой, она поспешила в неизведанную даль, полную новых запахов и звуков.

- Люся! Люсенька! Вернись! – закричала Вера и кинулась вслед за собакой. Она никак не ожидала такого хитрого маневра и совершенно растерялась.

Некоторое время Вера бежала вслед за собакой, стараясь не потерять зверя из вида, потом оступилась, чуть не упала в сугроб, выронила поводок и остановилась.

- Люсенька, но как же так? – крикнула Вера в белую кружащуюся ночь. - Я же тебя кормлю, чешу, выгуливаю!

Ночь ответила легким шуршанием январского снега и тишиной. Горе накрыло Веру с головой. Она расплакалась.

***
- Ах ты ж зараза! – выругался Пётр Николаевич. Его новенький модный смартфон так сильно разогрелся, что пришлось выпустить его из рук.

После троекратного окунания в красиво вырубленную наподобие большого плюсика прорубь жена Петра Николаевича махнула сто граммов водки, закусила соленым огурцом, завернулась в любезно подставленный каким-то подхалимом махровый халат, громко эхнула, разминая легкие перед караоке и удалилась переодеваться.

Пётр Николаевич не хотел произносить вслух все то, что думал по поводу всего этого, как он называл священный праздник Крещения, «балаганом». Ему хватило тех предыдущих попыток поговорить с супругой. Да еще этот ролик на популярном видеохостинге, где Марина гоняется за ним с бейсбольной битой и кричит, что он негодяй, отнявший лучшие годы ее жизни. Погоня закончилась избиением поддатого Петра Николаевича. А на следующее утро униженный адвокат Пётр Зосимов пришел на судебное заседание по уголовному делу о причинении тяжкого вреда здоровью и лиловым фонарем.

Хоть соблазн исчезнуть на сутки из дома был очень велик, на это Крещение Пётр Николаевич решил не рисковать – ну хочет его жена ехать в караоке на личном авто, он отвезет ее. Неизвестно еще, что может учудить любимая супруга. В тот раз его карьера трещала по швам. Ролик набрал такое количество просмотров, что попал в раздел «рекомендованное» некоторым очень солидным людям. Со словами «Дядька очень похож на тебя» коллега показал ему ролик, похлопал по плечу и добавил, что тому мужику лучше развестись и побыстрее. Петр Николаевич выдавил улыбку и согласился, что с такой женой и врагов не надо.

Заранее составив план действий, Пётр Николаевич расслабился. Да, соблазн тюкнуть чью-нибудь машину на МКАДе был действительно велик, но Пётр Николаевич не поддался. Он верил в магическую силу длинного рубля и подготовился к некоторым неожиданностям.

Пётр Николаевич Прикормленный официант «Берендея» должен был добавить водку в бутылку с шампанским, затем вызвать такси для захмелевших подружек супруги. Отвезти жену домой должен был сам Пётр Николаевич.


░░░░░░░░░░░░░░░░▄█░▄░░░░░░░░░░░░░░░░
░░░░░░░░░░░░░░░▄▀█▄██░░░░░░░░░░░░░░░
░░░░░░░░░░░░░▄█▀░████░░░░░░░░░░░░░░░
░░░░░░░░░░░▄██▀▄████▄▄▄░░░░░░░░░░░░░
░░░░░░▄▄████████████▀▀▀███▄░░░░░░░░░
░░░░███████████████▀░░▄▄▄▀█▄░░░░░░░░
░░▄████████████▀▀▀▀░░░░▀▀▀░▀▀▄░░░░░░
░▄██████████▄░░░░░░░░░░░░░░░░░▀▀▄▄░░
▄████████████░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░██
░████████████▄░░░░░░░░░░░░░░░░░░▄▄▀░
░▀████████▀▀░░░░▄▄██████████████▀░░░
░░██████▀░░░░░░█████▀▀░░░░░░░░░░░░░░
░░░████▀░░░░░░█████░░░░░░░░░░░░░░░░░
░░░░▀█▀░░░░░░▀█████░░░░░░░░░░░░░░░░░
░░░░░░░░░░░░░░▀█████░░░░░░░░░░░░░░░░
░░░░░░░░░░░░░░░░▀▀▀███▄░░░░░░░░░░░░░

#хаски_Дорис #Маша_пишет #фэнтези #ироническое_фэнтези #следуй_за_штормом #орки_бездны

Волк, рога, фиалки и керосиновая лампа
Ночь с 18 на 19 января

- Долбаный гололед! – выругался Петр Николаевич, вылезая из машины.

Чем ближе он подъезжал к месту проведения Крещенских купаний, тем хуже становилось его настроение. Голова начала болеть еще на въезде на VIP стоянку. Возможно, по этой причине или по какой-то другой, машину занесло.

В очередной раз поблагодарив иностранный автопром за надежность, Пётр Николаевич припарковался и вышел навстречу веселой толпе желающих смыть все накопленные за долгий год грехи.

Отыскав в счастливой толпе свою жену, он привычно спросил, как дела и не хочет ли она пораньше уехать.

- Нет, - отмахнулась лучшая половина. – Мы с девочками потом в караоке поедем.

- Куда? – невинно уточнил Пётр Николаевич и скрестил пальцы.
- В Берендей, - ответила Марина и почему-то хищно улыбнулась, гладя мужу прямо в глаза.

Петр Николаевич хорошо знал эту улыбку. За 22 года совместной жизни он хорошо изучил все улыбки своей жены. Мог бы и не изучать, но у него были на это свои причины.

После рождения третьего сына Марина сильно раздалась вширь. Вместо милой пухляночки с большими нежными глазами на него смотрела истеричная сучка и грозная мать троих детей. Некоторые женщины считают, что сделали огромное одолжение своим мужьям, произведя на свет несколько отпрысков. Они думают, что муж теперь навсегда под каблуком.

Петр Николаевич действительно оказался под каблуком, но не по этой причин. Первый и второй истеричный скандал на тему «Ты мне не помогаешь, я делаю все сама» любой мужик должен простить. А дальше – по обстоятельствам. Адвокат Зосимов прощал жене все скандалы. Абсолютно все!

Чтобы не нарываться на новые, он стал по мере отцовских сил помогать жене ухаживать за детьми. Укачивая сыновей, он одновременно листал копию какого-нибудь уголовного дела. На заседаниях суда молодой адвокат Зосимов иногда засыпал и бывал разбужен громким окриком судьи. Под общий хохот зала он моргал, зевал, потягивался, приходил в себя и начинал что-то говорить. Обычно суть его речи сводилась тезису «подсудимый невиновен, прошу освободить за недостаточностью улик».

Трудное было время. Все чаще он ловил себя на мысли, что неплохо было бы собрать свои вещи и куда-нибудь уехать. В родной Саратов путь ему был заказан, но как же велика его Родина! Неужели он не сможет найти свое место где-нибудь в Хабаровске или Анапе?

Марина с тремя детьми при всем желании пропасть не могла. Оба ее родителя были работниками торговли и никогда в своей жизни не знали бедности. Максимально избалованная и привыкшая к сытой и роскошной жизни, Марина понятия не имела о том, что такое последняя пачка пельменей.

Роскошной жизни Петр не зал, а перебравшись в Москву, на себе прочувствовал, что такое студенческий быт и крошечная стипендия.

- Знаешь, что? – сказал однажды отец, узнав о похождениях сына. – Либо ты едешь в Москву и там заканчиваешь учебу, либо мы тебя закопаем!

Будущий адвокат первый раз в жизни испугался. Очень сильно испугался. У них в семье было принято стоять друг за друга горой. Что бы ни натворил родственник, сват, брат, сын – за спиной всегда поднималась крепкая семья.

Обычно у отца слова с делом не расходились. Если батя сказал, что закопает, значит, точно закопает. К тому же на сторону отца встала мать Петра, его браться и почти все ближайшие родственники.

Что же такого натворил юный Петя Зосимов? Да ничего! Просто в один прекрасный день он влюбился в дочку начальника Самарской милиции.

У Петра Николаевича от рождения была прекрасная память на прочитанные тексты. «Зрительная» - как сейчас сказали бы знающие люди. На слух он плохо воспринимал информацию, поэтому много и тщательно конспектировал. Даже освоил скоропись!

В восьмом классе он выучил на спор весь Уголовный кодекс и потом без запинки ответил, какая статья что значит.

- Так-то! – подмигнул Пётр старшему брату, с которым и затеял тот спор. Первый раз в жизни он чувствовал моральное превосходство над родственником. Но счастье длилось не долго, всего секунд пять или шесть.

- Па-ап! – крикнул Ерофей. На пороге комнаты тут же появился отец. – Он реально выучил весь УК!

Пётр засиял от гордости за самого себя! Старший брат позвал отца, чтобы тот похвалил младшего сына!

- Чего красуешься, голодранец? – рявкнул отец, отвесив Петру подзатыльник. – На юриста пойдешь!

- Да я вообще-то в мехмат хотел, - смутился Пётр. На глаза навернулись слезы.

- Не твое это! – строго сказал отец, снова замахнулся, но бить не стал. – Уголовкой заниматься будешь! Может, вытащишь дядю Володю оттуда, - добавил он мечтательно и показал куда-то за спину.

Двоюродный брат отца, дядя Володя, к тому моменту отсидел уже половину срока. Условно-досрочное, насколько понимал Петя, ему не грозило. Статья за убийство, совершенное с особой жестокостью, по которой и загремел родственник, осуждала на длительный срок заключения.

Петр проглотил горькую обиду на брата и понадеялся, что к концу школы отец все забудет. Но отец не забыл. Если младший сын обладал хорошей памятью на прочитанное, то отец отлично запоминал, кто что и когда сказал.

Так Пётр Зосимов пошел учиться не на факультет прикладной маханики и физики, а на юрфак. И все было бы хорошо, возможно, он даже вытащил бы дядю Володю из тюрячки, но случилось непредвиденное: Петя влюбился!

У Пети и раньше случались некоторые романтические приключения. Например, в старшей школе он ухаживал за девочкой из параллельного класса и даже собирался жениться. Вмешался отец будущей невесты. Застав школьников целующимися на диване перед включенным телевизором, он отозвал Петра на важный разговор и как дважды два объяснил, во сколько обходится ему родная дочь.

Юный Ромео присвистнул и поспешил разорвать отношения с пассией.

Позже, когда Петр успешно поступил на юрфак, он встречался с другими девушками, но никогда не был влюблен без памяти.

Надо сказать, что в детстве Петю часть колотили старшие братья. Такое бывает в каждой семье – старшие поколачивают младших, младшие пакостят старшим.

Когда Пете надоело приходить в школу с синяками и каждый раз придумывать какую-то легенду для учителей и одноклассников, он попросил папиного старшего брата показать ему несколько «приёмчиков».

Конечно, два крепких абалдуя легко справлялись с младшим, однако теперь Петя так легко не сдавался. Он дрался до последнего, чем сильно злил старших братьев.

Время не стоит на месте, дети растут. Как только Петру исполнилось 12, он попросил родителей записать его в секцию бокса. Петю не приняли. Для своего возраста он был слишком худосочным. Это потом Петя превратился в плотного и мускулистого Петра Николаевича, тогда же братья и друзья братьев дразнили его не иначе, как «дрыщ».

К двадцати годам Петька Дрыщ превратился в привлекательного студента юридического факультета Саратовского ВУЗа. Петя обрел статус, завел приятные знакомства, обрел друзей, стал желанным гостем студенческих вечеринок.

В лето перед последним курсом его пригласили съездить в Самару. У кого-то из его однокурсников там жили бабушка с дедом, нужно было проведать родственников.

В лето перед последним курсом его пригласили съездить в Самару. У кого-то из его однокурсников там жили бабушка с дедом, нужно было проведать родственников. Именно Самара подарила Пете самую горячую, самую страстную любовь всей его жизни. Позже Петя будет рассказывать своим новым московским друзьям, что любовь с первого взгляда существует и что имя ей…

Впрочем, ему все равно никто не верил. Большинство из тех, с кем он общался, были счастливо женаты на подходящих по статусу и общественному положению людях. Петя не был исключением. Его женой было Марина Евстигнеева – дочь того самого Евстигнеева, который мог одним взглядом разогнуть подкову, сломить волю контрагента и достать кусочек натуральной Луны.

Браки заключаются на небесах. А где заключаются браки по расчету?

У Романа Евстигнеева расчет был один – побыстрее выдать замуж чересчур экспрессивную старлетку и сделать это с минимальным ущербом для толстого кошелька. Жених подвернулся как нельзя кстати! Марина в то время встречалась с каким-то не то битником, не то хиппи голозадым, выпускником поварского техникума без постоянно места жительства.

Петю Зосимова рекомендовал деловой партнер Романа Евстигнеева. Он же и рассказал причину, по которой успешный студент покинул родной Саратов в середине учебного года.

Роман Евстигнеев сложил два и два и начал действовать.

В Москву Петр уезжал с подбитым глазом, сломанной рукой, разбитым сердцем, но целой головой, которая потом ему еще не раз пригодилась.

На вопрос, что с рукой, он отвечал, что подрался из-за девушки. Больше он ничего не добавлял, никому не следовало знать про скорую беременность возлюбленной и ту драку, в которую он попал в Самаре.

Отметелили его тогда знатно. Отбиваясь от троих нападавших, он жалел только одного, что с ним нет сейчас его братьев. Он был уверен на все сто, что семья заступится, как делала это всегда, что семья не даст его в обиду, отомстит.

Будущий адвокат ошибался.

Узнав, от кого будут внуки, Николай Зосимов схватил тяжелый табурет на металлических ножках. Разговор шел на маленькой кухни Зосимовых, поэтому пути к отступлению у Петра не было. Спас телефонный звонок. Звонили с работы, просили срочно приехать.

- Потом договорим! – бросил отец, исчезая за водной дверью.

А потом случилась та самая драка.

Петра окружили на пустыре около дома. Скорее всего, за ним следили, так как той дорогой Петр ходил изредка. Время было позднее. Стояла ранняя осень. Теплые вечера в объятиях любимой остались позади.

Его окружили четверо крепких парней в одинаковых кожаных куртках и черных лыжных масках. Просьбы поделиться сигареткой, как в фильмах, не последовало. Они навалились сразу вместе, не дав Пётру опомниться. Били старательно и молча, выбивали из Петра всю человечность.

По итогу Петр вполне мог отделаться легкими ушибами, к чему собственно и стремились обидчики. Бросив Петра там, где они его нашли, все трое поспешили скрыться в сентябрьской ночи.

Злость и ненависть к тем, кто обижает слабых, не позволила будущему адвокату смириться с произошедшим. Собрав последние силы, он грозно зарычал и кинулся на ближайшего обидчика. Тот как раз повернулся к нему спиной и уходил большими шагами.

Второй эпизод драки закончился сокрушительным поражением Петра Зосимова. Озлобившись, нападавшие начали бить в полную силу, превратив Петра в боксерскую грушу. Стараясь отбиваться так, как его учили старшие товарищи, Петя в какой-то момент встретил кулак, летящий ему в челюсть, предплечьем правой руки. Боль была страшная. Тут же получив сильный удар в солнечное сплетение, он упал на мокрую траву и застонал. Больше его бить не стали – все закончилось.

Немного полежав с закрытыми глазами и поскулив на вывалившуюся из-за облака полную Луну, Петя побрел домой, где и сдался на милость родственников. Милости не последовало. После короткого совещания было решено сначала отвезти Петра в травматологию, а затем отправить в столицу Отечества.

К поезду пришла вся семья: отец, мать, оба брата, брат отца с женой и дочерьми, жена другого брата отца. Мать кратко обняла сына, молча стерла слезу.

Ерофей пожал руку:

- Держись, брат! Свидимся!

- Спасибо! – машинально ответил Петр, до конца не веря, что навсегда покидает родной Саратов.

- Что б я тебя здесь больше не видел! – сверкнул глазами отец, а потом чуть мягче добавил: - Как доедешь – позвони!

***
- Долбаный гололед! – выругалась Вера, пытаясь удержать равновесие на скользком тротуаре.

Зазвонил телефон. Вера полезла в карман, чтоб достать мобильник, потеряла бдительность, сделал один неуверенный шаг на проезжую часть и, нелепо раскинув руки, шлепнулась в свежий Дедовский снег.

Подошла Луиза, ткнулась в щеку мокрым пятаком, выпустила струйку пара из горячей пасти.

- Фу-у, Люся-я! – заслонилась Вера от вони. – Что же ты такое ешь, что у тебя изо рта так воняет?

Это был риторический вопрос. Хаски Луиза ела специальный корм премиального класса, который доставлял курьер.

Вера аккуратно приподняла голову и огляделась. Улица Красного октября была пустынной. Ни одной живой души.

Телефон перестал звонить. Вера вздохнула и попыталась собраться с силами. Наверняка это звонил Николай, чтобы узнать, где их черти носят.

Когда они с Луизой пересекли станционную площадь, то позвонили мужу и сказали, что идут пешком и скоро будут. Точнее, позвонила Вера, но это не важно, так как она сказала: «Мы звоним сказать, что примерно через полчаса будет».

«Хорошо! - ответил Николай. - Поторопитесь, мы скоро должны выезжать!» И повесил трубку.

Полчаса – не так уж и много для того, кто редко бывает в заснеженном Подмосковье. Но семейный долг требовал торопиться. Нужно было успеть обнять любимого мужа до того, как он бултыхнется в прорубь и смоет с себя все грехи года. Мимо городского парка она не могла пройти. Когда они были в Дедовске в прошлый раз, пар реконструировали и перестраивали.

- Смотри, Люся, как же здесь красиво! – обратила Вера к собаке. – Теперь я понимаю, почему Коля купил маме квартиру именно тут.

Хаски Луиза деловито вильнула хвостом и потащила Веру к скульптуре «Я люблю Дедовск!»

- Вот и тебе здесь нравится! – поняла по-своему стремление хаски Луизы познакомиться поближе с памятником. Луиза тщательно обнюхала металлическое сердечко и сделала то, что обычно делают все собаки со малыми архитектурными формами – пометила.

Кое-как собрав мысли в кучку, Вера первым делом скинула левую ногу с тротуара и попыталась сесть. Достаточно не удобно подниматься, когда одна твоя нога лежит выше, чем другая. Первая попытка оказалась неудачной. Хихикнув, Вера снова повалилась на асфальт. Проезжая часть в этом месте оказалась скользкой как хорошо ошлифованное стекло.

Вторая попытка также провалилась.

Хаски Луиза наблюдала Верины попытки подняться с равнодушным спокойствием.

- Надо было в мед идти! – снова хихикнула Вера. – Тогда я бы точно знала, сломано у меня что-то или нет.

Между тем снег усилился. На веру с темного неба сыпались огромные хлопья. Если сосредоточиться на одной точке, то кажется, что летишь сквозь звездную пургу. Снежинки и правда напоминали мохнатые звезды. Лежать бы вот так и смотреть на снег, на небо и не думать ни о чем, что временами лезет в голову.

Внезапно моргнул и погас фонарь. Вера забеспокоилась: «А если поедем машина?» Но вокруг было все так же тихо и безлюдно. При падении мобильник отлетел достаточно далеко – никак не дотянуться! Попросить собаку принесли телефон – не вариант: ездовые собаки не носят телефоны, газеты и тапочки.

И тут Веру осенило!

- Луиза, вперед! Давай, Люся! Люся, вперед! – закричала Вера, понукая собаку.

Казалось, Луиза только этого и ждала! Она заработала передними лапами и потащила Веру за собой. Направление не имело никакого значения. Главное было – придать человеку более уверенную позу.

Почувствовав, как напрягся поводок, Вера перевернулась на живот, скомандовала собаке остановиться, затем приняла позу, которая в йоге называется «победитель» и, наконец, поднялась на ноги.

- Ну хоть какой-то толк от ездовой собаки! – выдохнула Вера.

Мимо проехал грузовик, пропустив Верин мобильник между колес.

- Повезло, - выдохнула Вера, подобрала телефон и набрала мужа.

#Маша_пишет #следуй_за_Штормом #орки_бездны #НГ #фэнтези #всадники_на_драконах #всадники_Смауга

Волк, рога, фиалки и керосиновая лампа
Поздний вечер 18 января

- Долбаные переходы! – выругался Пётр Николаевич Зосимов, заслуженный адвокат, член Московского областного союза адвокатов, почётный донор и отец троих сыновей.

Тягучая пробка никак не хотела рассасываться. Было скучно. В общем-то Пётр Николаевич никуда не торопился, но опаздывать на второе по значимости мероприятие не стоило. Значимость мероприятия определила жена Петра Николаевича – Марина. С тех пор, как они чудом избежали катастрофы, она начала истово верить в христианского бога и старалась соблюдать все религиозные обряды и традиции.

Первым делом Марина нацепила на Петра Николаевича крест и велела никогда не снимать. Потом она настояла на том, чтобы Пётр Николаевич крестился. Тот уступил. Затем жена настояла, чтобы они переехали поближе к святым местам. После небольшого семейного скандала с битьем посуды и взаимными оскорблениями было решено переехать не так далеко – в Новый Иерусалим.

По счастью, приличных домов в окрестности не оказалось, а покупать неприлично дорогой – не хватило денег. Марина, привыкшая жить в своем доме, немного уступила мужу. Так они оказались жителями коттеджного посёлка «Русская деревня» Красногорского района.

- Зато без кредитов! – с трудом выдавила улыбку Марина.

- Зато воздух свежий! – искренне улыбнулся их младший сын Кондрат.

Со словами «И куда они все только едут?» Пётр Николаевич достал смартфон и начал просматривать криминальную хронику.

Красный сигнал светофора загорелся как всегда неожиданно. Иноземный автопром не подкачал. На мокром от свежего снега асфальте машина встала как вкопанная, бампер лишь на полметра заехал на зёбру.

Переходившая дорогу старушка остановилась и погрозила кулаком.

- Да что ты мне сделаешь, старая!? – развел руками Пётр Николаевич. Мысленно он поблагодарил не только иностранный автопром, но и быстроту своей реакции, а также припомнил все статьи Уголовного кодекса и подсчитал, сколько мог бы влепить самый гуманный суд в мире за наезд на пешехода на переходном переходе. Конечно, бабуля его не слышала. Гордо вскинув подбородок, она пошла дальше, а Пётр Николаевич удивился странному головному убору.

- Капор? – неуверенно произнес он, выворачивая голову и пытаясь повнимательнее рассмотреть бабулю.

Загорелся зеленый, сзади раздал сигнал клаксона. Нужно было ехать дальше, обнимать жену, позировать на камеру, держать махровый халат, подносить водку, желать удачи перед прыжком в прорубь, укутывать, ждать, пока она переоденется в сухое, везти ее и кого-то еще в караоке.

***
- Долбаные переходы! – выругалась Вера Викторовна Кудрявцева (в девичестве Кузькина), главный юрисконсульт комбината ЖБИ, мать единственного сына и временная владелица хаски Луизы.

Пройдя турникеты на железнодорожной станции «Дедовск» и кое-как пропихнув собаку, Вера спустилась в подземный переход. Луиза на этот раз решила изобразить хорошую собаку и спуститься по лестнице не торопясь.

Один лестничный пролет вниз, затем площадка, где Вера на секунду расслабилась, решив, что собака устала за сегодня и стремительный полет вниз по гранитной лестнице подземного перехода ей не угрожает. Она поправила все время съезжавшую на нос теплую меховую шапку, перекинула поводок из одной руки в другую и неожиданно для себя заскользила. Вероятно, почувствовав ослабление поводка или увидев что-то интересное, хаски Луиза потянула свою временную хозяйку вниз и вперед.

Мир вокруг Веры закружился! Стараясь сохранить равновесие, она начала махать руками. Вериному скольжению также сопутствовал свежий Дедовский снежок, принесенный в переход и на лестницу шустрыми ногами пассажиров пригородных электричек. Ей бы отпустить собаку и будь что будет, но Вера взяла в привычку дважды наматывать поводок на запястье.

Когда, казалось бы, все уже потеряно и больше нет шансов сохранить вертикальное положение, а также светлый пуховик, целостность костей и лицо, Веру кто-то крепко схватил за локоть.

- Не ругайся, дочка! – раздалось у Веры над ухом. - Тебе это не идет!

Вера остановила скольжение также внезапно, как и начала. Нервно сглотнув, она повернула голову на звук голоса и встретилась глазами с пожилым мужчиной в расшитом золотом халате и бархатной шапочке.

«Тафья? Тюбетейка? Ермолка?» - пронеслось у Веры в голове.

Вместо «спасибо» она спросила незнакомца:

- Вы на карнавал?

- Будьте осторожны! – ответил незнакомец, отпустил Верин локоть, приложил два пальца к виску и заспешил вниз. Хаски Луиза ткнулась носом в полу халата, чихнула и села прямо на грязную ступеньку.

- Феска! – воскликнула Вера и поспешила в переход, чтобы догнать благородного спасителя и от души поблагодарить. Но его, как говорят в сказках, и след простыл.

Как следует намотав поводок на руку, Вера фактически заставила хаски Луизу идти у ноги, что собаке, естественно, не понравилось. В конце не длинного туннеля снова была лестница, но не вниз, а вверх, что немного утешало. Слегка размотав поводок, вера скомандовала:

- Луиза вперед!

Ни секунды не мешкая собака припустила по скользким ступеням, вытягивая Веру наверх к людям, к станционной толчее, к пасмурному январскому небу, к огням торгового центра.

Вынырнув из перехода как морж из проруби, Вера огляделась по сторонам, прошлась туда и сюда, спросила бабулек, торговавших пучками сушеной зелени, закатками и свежими яблоками, не видели ли они пожилого человека в феске и расшитом халате. Бабульки переглянулись и посоветовали Вере купить в Дедовской церковной лавке образок от порчи и сглаза.

Вера никогда ни во что такое не верила в отличие от своих родителей, свекрови и мужа. Те поздравляли Веру со всеми христианскими праздниками, угощали крашеными яйцами и куличом и стремились всеми силами вовлечь ее в праведную христианскую жизнь, полную ритуалов, таинств и обрядов. Вера как могла сопротивлялась, придумывала тотальную занятость и болезни несуществующих подруг, оставалась работать сверхурочно, хотя имела двух отличных помощников на работе.

Сегодняшний вечер она планировала провести перед телевизором и пораньше лечь спать. Для достоверности она собиралась провести также следующий день дома, сказавшись больной на всё горло. Как сделать так, чтобы горло внезапно и очень сильно заболела, она прекрасно знала.

Все бы отлично получилось, но вмешался злой рок в лице хаски Луизы.

Вера поблагодарила за совет, отказалась покупать маринованные сморчки и направилась к пешеходному переходу. Ждать маршрутку бело занятием абсолютно бесполезным – они были такими редкими как ламантины.

Про себя Вера улыбнулась удачному сравнению и вспомнила белокурую двухлетку из электрички.

Достаточно намаявшись за долгую дорогу, ребенок начал капризничать. Мудрые бабушки начинают читать книжку сказок или рассказывают какие-нибудь истории. Бабушка, с которой ехала маленькая Ангелина, была очень уставшей бабушкой, которая перечитала все сказки, что были с собой и что удалось найти в интернете, показала и рассказала обо всем интересном, что только было внутри вагона и за окном, покормила и напоила внучку, устроила видеоконференцию с родителями, в общем, применила все методы и средства.

Энергичная внучка не желала успокаиваться и хотела бегать по вагону, шуметь и играть. После громкой истерики, когда пассажиры начали спрашивать, что происходит и нельзя ли чем-то помочь, бабушка сдалась и повела крохотулю знакомиться с незнакомцами.

- Ламантин! – весело крикнула белокурая Ангелина и ткнула пальцем в хаски Луизу.

Хаски Луиза тщательно обнюхала крошечный пальчик девочки, посмотрела на ее бабушку, меланхолично выдохнула и отвернулась. Краем глаза Вера заметила, как напряглась бабушка.

За тот месяц, что они провели вместе, Вера уже достаточно хорошо изучила характер и повадки хаски Луизы. Первый вопрос, который она задала Герману, когда забирала собаку, звучал так: «А если она укусит?»

Герман очень строго посмотрел на мать и сказал: «Хаски не кусаются!»

Сыну Вера доверяла, но поверить в то, что есть не кусачие собаки, не могла. Как хороший юрист и толковый правовед, она пошла искать информацию, а когда нашла, перепроверили раз и еще раз и даже проконсультировалась с двумя разными кинологами.

Окончательно убедившись в том, что хаски не кусаются, она спокойно выгуливала хаски Луизу в городе и за городом, брала на работу, разрешала гладить и делать селфи.

- Хаски не кусаются! – спокойно проговорила Вера и улыбнулась.

- Да, - выдохнула бабушка. Ее глаза говорили «этот страшный рыжий волк только что чуть не откусил пальчик моей внучки». - Я слышала про это.

- А почему «ламантин»? – спросила Вера, чтобы перевести тему разговора.

- Ой! – махнула рукой бабушка и заметно развеселилась. – Мы сейчас животных Южной Америки проходим, вот Ангелиночка и запомнила! Знаете, такая книга интересная! У меня в детстве такой не было. А можно селфи?

- С ламантином? – не поняла Вера.

- С вашим волком! – уточнила бабушка и полезла в карман за смартфоном.

#Маша_пишет #НГ #фэнтези #следуй_за_штормом #орки_бездны #Всадники_Шторма #Всадники_на_драконах #всадники_Смауга

Волк, рога, фиалки и керосиновая лампа

Вечер 18 января

- Долбаные проруби! – выругался Пётр Николаевич, садясь в машину. Он до последнего тянул, придумывал себе занятия, совал нос в чужие документы, ходил на обед целых два раза, шесть раз пил кофе, созванивался с коллегами и даже пытался переманить запоздалого вечернего клиента.

Ульяна так зыркнула на него голубыми контактными линзами, что Пётр Николаевич попятился, задел стойку с горшечными цветами, чуть не повалили ее и быстро ретировался.

БОЛЬШОЕ и нещадное неумолимо надвигалось. Избежать неминуемого не удалось. Настроение было почти на нуле.

В голову даже пришла крамольная мысль, а не грохнуть ли машину в случайном ДТП на МКАД, но Пётр Николаевич вовремя одумался, нежно погладил блестящий синий бок любимой тачки и сел за руль.

Он не особо верил, что купание в проруби очистит его хоть от каких-нибудь грехов, но каждый год приезжал на Москву-реку в Павшинскую пойму. Не приезжать он не мог.

- Долбаные проруби! – вздохнул он уже не так злобно. – Если насилие неизбежно, надо как-то этим насладиться что ли…

Чем и как наслаждать во время Крещенского купания Пётр Николаевич решил придумать на месте. Как вариант, можно было умыкнуть со столиков бутылку водки и распить с кем-нибудь из знакомых. Один раз такой вариант прокатил. Весь вечер Пётр Николаевич ходил довольный и счастливый, наслаждался Крещенскими гуляниями, посмеивался над человекоморжами, шутил и приплясывал, чтобы разогреть озябшие конечности.

Когда любимая жена исполнила все обряды, трижды окунулась в прорубь, выпила рюмку водки для согрева, переоделась в сухое и собралась ехать, то обнаружила, что муж не готов сесть за руль. То, что последовало за этим, можно найти на любом популярном видеохостинге, достаточно ввести в поисковик ключевую фразу «жена избила мужа после Крещенского купания».

Густые московские пробки к тому времени, как Пётр Николаевич выехал со стоянки большого офисного центра на Волгоградском проспекте, уже рассосались. Краснела только Волоколамка, да и то короткими фрагментами.

Навигатор показал расчетное время прибытия – пятьдесят шесть минут.


***
- Долбаные проруби! – выругалась Вера, затаскивая Луизу на эскалатор. Животное сопротивлялось всеми силами, упиралось лапами и совершенно не хотело идти. Тогда Вера придумала хитрость. Они встала на эскалатор, слегка подогнула ноги, напряглась, крепко ухватилась за поручень одной рукой и мертвой хваткой вцепилась в поводок другой рукой.

Бинго! Собака заскользила по кафелю, въехала на металлический порожек, передними ногами интуитивно переступила на первую ступеньку эскалатора и поехала вверх.

- Вот так вот! – сказала Вера, обращаясь к Луизе и улыбнулась. По сторонам она не стала смотреть, хотя и чувствовала свербящие взгляды пассажиров. У эскалатора они с Луизой создали небольшую пробку. Их никто не понукал, не прикрикнул, народ молча ждал, что будет делать дама с собачкой. Дама выкрутилась из положения, не нарушив никакие правила.

По части правил Вера была на первом месте: профессиональная деформация – сказывалась многолетняя работа юриста. Мухлеж и жульничество расходились с ее понятиями о нравственности и юридической чистоте сделки. Однажды она попробовала немного обойти закон и чуть не поплатилась. И всего ничего, чуть-чуть, но какие могли быть последствия!

До работы она обычно добиралась на метро, потом на трамвае. Когда Герман привел к ним с Колей Луизу и попросил приглядеть за собакой «пару деньков», Вера стала ездить на работу на машине. Время поездок увеличилось в полтора раза.

После того приключения с ковром Луизу перестали оставлять одну в квартире даже на пару минут. И Вера, и Коля работали. Нужно было что-то думать. Николай категорически отказался переходить на удалёнку.

В полный рост встала проблема. Очень БОЛЬШАЯ проблема!

Тогда Вера один раз взяла Луизу с собой на работу. Так, на пробу. Коллеги почти никак не отреагировали. Каждый был занят бумагами и переговорами по самые уши.

Шеф корректно поинтересовался, надолго ли и тут же переключился на текущие дела.

В офисе Луиза вела себя неплохо. Изредка выбиралась из-под Вериного стола, чтобы размять лапы, пила воду из мисочки и никаких проблем не создавала.

В столовую Веру с Луизой, конечно же, не пустили. Вера не огорчилась. Заварили чай, достала галеты. Секретарь угостила бисквитным тортом, из соседнего отдела принесли несколько бутербродов.

И только в конце рабочего дня, когда Вера вела Луизу к машине, сучилось небольшое приключение.

Когда двери лифта открылись, какая женщина истерично завопила «волк» и что-то кинула в Веру. Пока Вера пыталась сообразить, где этот самый волк и что происходит, двери лифта закрылись, кабина уехала.

Чтобы не искушать судьбу, Вера пошла пешком по лестнице.

Внизу на посту охраны Вера увидела жестикулирующую дамочку и пунцового охранника. Она молча положила увесистую папку с документами, которую подобрала у лифта, на стойку администратора и вышла.

На стоянке ее догнал охранник:

- Вера Викторовна, вы бы надели на зверя намордник, а то вот оно что.

- Что? – на всякий случай спросила Вера.

- Волка она испугалась! – кивнул в сторону проходной охранник. Говорит, глазищи красные и горят.

«У страха глаза велики!» - подумала Вера и утвердительно кивнула:

- Хорошо, сегодня куплю!

- И это… - как бы нехотя произнес охранник. – Не пользуйтесь лифтами.

Так перед Верой встала еще ода БОЛЬШАЯ проблема: на восьмой этаж теперь приходилось подниматься пешком!

Что в парке, что на улице – в любых общественных местах, куда можно ходить с собаками, Вера и Луиза неизменно вызывали любопытство. Больше Луиза, конечно. Но и Вера тоже.

- Это не хаски! – говорили самые наглые и упёртые.

Первое время Вера очень сильно смущалась, потом привыкла и даже научилась правильно отвечать.

- Кто я, чтобы спорить с Российской кинологической федерацией?

Поймав недоуменный взгляд, она обычно продолжала:

- В паспорте написано «хаски», значит, это хаски! – и гордо удалялась.

«Долбаные проруби», которые ругала Вера, находились в Павшинской пойме. Именно там ее любимый муж каждый год проходил ритуал очищения от грехов, накопленных за год. Как-то раз она в шутку спросила, с какого дня и по какой списываются грехи, за весь календарный год или только за первые дни текущего.

То, что последовало потом, нельзя найти ни на одном видеохостинге, потому что видеозаписей нет. Но после того раза Вера больше никогда не шутила на тему религии, крещения, веры и всего того, что не поддается рациональному объяснению.

#Маша_пишет #хаски_Дорис #про_хаски #фэнтези #следуй_за_Штормом #всадники_Смауга #орки_бездны